Потребовала с подруги квартиру в обмен на отказ от аборта

Надя с Тиной дружили с первого курса. Часто появлялись вместе, так и запомнились всем сокурсникам неразлучной парочкой подружек-хохотушек.

Поэтому очень многие были удивлены, когда на встрече курса бывшие подружки разошлись по разным концам зала, даже не поздоровавшись. Что и говорить – неожиданно.

Надя, впрочем, и сама жаждала поделиться с бывшими сокурсницами историей ссоры.

Вот не ожидала, что Тина такой шкурой окажется. Это надо же…

Загуляла она через пару лет после выпуска. И забеременела. Парень ее как узнал про беременность, так и свалил в туман. И надумала она аборт делать.

Я ей говорю:

«Ты что творишь? Это же уже живой человек, твой ребенок. Он уже есть, от него уже нельзя отказываться».

Она мне отвечает:

«И что с того? Мне в жизни надо на ноги становиться. Я приезжая, живу на съемной квартире, только-только начала строить карьеру. Я одна ребенка не подниму и точка».

Вот так вот, значит. Все в деньги у нее упирается.

«Деньги, — говорю я ей, — дело наживное. Дал Господь зайку, даст и лужайку. Ты, главное, глупостей не делай, все у тебя наладится».

«Это тебе легко говорить, когда живешь в подаренной бабушкой квартирой родители под боком, помочь могут, на работу друг отца пристроил. А мне выкручиваться одной, с твоей моральной поддержкой по телефончику предлагаешь?»

Поспорили мы тогда с ней, даже поссорились.

Но все-таки мне не давало покоя то, что она хочет убить ребенка, и я ей позвонила на следующий день. Снова начала отговаривать. И тут она и выдала:

«Ладно, ты меня убедила. Если Бог в твоем лице предоставит мне лужайку, я этого зайку сохраню и взращу».

«Это как это – лужайку?» — спрашиваю.

«Перепиши на меня свою квартиру. Это будет та самая лужайка, благодаря которой я смогу растить своего зайку».

Я, конечно, обалдела и возмутилась. А она ехидно так мне говорит:

«Я тебе сообщу, на какую дату назначат аборт. Теперь ты знаешь, как спасти этого ребенка».

Тина криво усмехается в ответ на вопросы:

Аааа, ханжа наша, моралистка-пролайферша разоряется. Корыстность мою клеймит. Мамина лапочка-дочка, которая живет на всем готовеньком и в жизни настоящих трудностей не видела. За мой счет в рай выезжать собралась, детоспасительницей преблагой выступать.

Ну, я ей озвучила, как она может спасти этого ребенка. И? Она так и живет в своей квартире. Не так, значит, и стремилась ребеночка бедного спасать.

Чего, в общем, я от нее и ждала. Такая своим комфортом жертвовать не будет. Зато отвязалась со своими нотациями, словно и не она про недопустимость абортов и бесценность жизни токовала.

— А честно это было – за свою ошибку требовать платить другого человека?

— Так же честно, как требовать от меня ради своей прихоти всю мою жизнь ломать. Она на жертвы не готова, так и я на жертвы не готова. Потому, что на самом деле этот ребенок не нужен был ни ей, ни мне.

Надя и Тина имеют настолько разный жизненный опыт, находятся в настолько разных жизненных ситуациях, что нет ничего удивительного в том, что их дружба закончилась таким образом.

Надя уверена в том, что аборт, это недопустимый шаг. Прерывание беременности не должно восприниматься как вариант борьбы с нежелательной беременностью, не должно ставиться на один уровень с противозачаточными средствами. Потому, что за аккуратной формулировкой «прерывание беременности» стоит смерть еще не родившегося человека.

Надя была уверена, что необходимо предотвратить эту смерть. И попыталась предотвратить, отговорив Тину от аборта.

Однако, у Тины своя правда.

Растить ребенка в чужом городе, не имея своего жилья, полноценной работы, помощи родны, это очень тяжело. На такое самопожертвование можно пойти только тогда, когда есть мощный источник мотивации – например, любовь к своему пока еще не рожденному ребенку или неоспоримые жизненные принципы.

Принципов, которые делали бы аборт недопустимым, у Тины нет. Любви к ребенку мужчины, который ее бросил одну в непростой жизненной ситуации, она не испытывает. У нее нет оснований приносить свое будущее, свои планы и надежды в жертву Надиным принципам.

С точки зрения Тины, приносить в жертву нечто ценное ради ребенка должен тот, кто заинтересован в спасении ребенка. А не желающая ничего ради ребенка жертвовать Надя – просто лицемерка и ханжа, которая пытается играть в благородство за ее, Тинин, счет.

Тина с самого начала не верила, что Надя отдаст ради ребенка квартиру. Она намеренно выдвинула неприемлемое условие, чтобы избавиться от давления Нади. Для себя она уже приняла решение.

Надя действительно оказалась не готова к тому, чтобы оказать Тине настоящую поддержку. Отдавать квартиру ради спасения чужого ребенка она наотрез отказалась. И не смогла найти альтернативного варианта помощи подруге. Ее рассуждения о «зайках и лужайках» были умозрительными, у нее не было никаких предложений, которые могли бы облегчить для Тины Тине выживание в чужом городе без жилья и с маленьким ребенком.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Потребовала с подруги квартиру в обмен на отказ от аборта