Прошло уже двенадцать лет, а я не могу всего забыть

Прошло уже двенадцать лет, а я не могу всего забыть. Мне стыдно за себя, Лара. Знаешь, я уже совсем недалек от того состояния, в котором пребывала ты, когда мы с тобой познакомились.

Милая Лара! Одержимым людям суждено встречать друг друга. Помнишь, я тебе рассказывал, что на небе есть отдел по делам сумасшедших? Так вот, он, действительно, есть. Ты знала, наверное, что когда-нибудь я напишу тебе это письмо, как и ты писала мне свои длинные-длинные письма. Их потом находила мама в почтовом ящике.

Я тебе никогда не рассказывал, но она приносила их и стояла надо мной со стопкой исписанных бумаг: «что всё это значит? » Конечно, она читала их. А я нет, мне твои письма были неинтересны. Помню текст в одном твоем письме начинался так: «ты хочешь знать о моем мире? Небо над ним рдеет адским пламенем».

Я вспомнил, что похожее я читал у Набокова. Стало невыносимо скучно. А сейчас мне интересно – что же ты писала в этих письмах? Может, я упустил что-то важное. Мне всегда кажется, что каждую секунду своей жизни я упускаю что-то важное. Ты хотела книжных сцен в жизни.

Помню, как ты водила меня в студенческую столовую, угощала пончиками с мороженым, как однажды подарила пятьдесят рублей, чтобы я купил коробку конфет для преподавателя по древнерусской литературе, которая не хотела ставить мне зачет. Ты водила меня на комсосольскую горку, при мне ты переодевалась в «лесной», как ты его называла, халатик. У нас было четыре пончика и один лимонад.

«А сейчас я буду переодеваться. Ты отвернись. Хотя, можешь и не отворачиваться»

Мы ходили по улицам и бульварам, ты любила попадать под дождь. Однажды я снял свой «ядовитый» свитшот (таким эпитетом наградила его ты из-за бледно-зеленого цвета) и накинул на тебя.

Мы стояли в парке под сенью деревьев. Мне было очень холодно, потом я заболел. Ты приходила меня проведать с бананами и пончиками. Мама наливала нам чай, но никуда не уходила из комнаты, где мы с тобой сидели…

Несколько лет назад я начал писать письма. Всем, кто меня предавал. Я понял, что значит быть тобой — человеком, пишущим письма тем, кого любишь или тем, кого пытаешься простить.

Сейчас я пишу к тебе и прошу простить. Я все знаю. До меня эхом из моего ненавистного прошлого иногда доносятся голоса. Они говорят, что иногда ты ночуешь на улице, ходишь в лохмотьях, тебя подкармливают твои бывшие студенты.

Мы скоро увидимся, Лара.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Прошло уже двенадцать лет, а я не могу всего забыть