— Тут не до китайцев, дочка… Ты беги…

Лидочка уже почти бежала. Она понимала, что если опоздает, ничего страшного не случится, но врожденная исполнительность и повышенная ответственность гнали ее вперед куда эффективнее, чем окрик завотделением Дмитрия Сергеевича. И Лидочка уже неслась по коридору отделения, чтобы поставить систему вредной бабке Семушкиной из седьмой палаты…

Сначала она услышала голос. Лидочка не знала, что такое «левитан», но почему-то это было первым, что пришло в голову, когда она услышала этот нереально низкий, густой, заставляющий вибрировать стены, окна и Лидочкины внутренности, голос. Потом из ординаторской появился обладатель этого… баса! — вспомнила Лидочка…

Это был Генерал. Именно с большой буквы. Генерал был огромен. «Как гора!» — подумала оцепеневшая Лидочка. Даже если бы под белым халатом не было видно демонически красивой формы, все равно было понятно, кто это. Генерал не говорил — он приказывал и ставил в известность, Генерал не шагал — он чеканил шаг, Генерал не смотрел — он изучал и оценивал. «Ух, какой!» — Лидочка инстинктивно прижалась к стене, давая дорогу Генералу и суетящемуся вокруг него Дмитрию Сергеевичу, пытаясь понять, что это за странное ощущение, будто кто-то сжал ледяной рукой что-то внизу ее живота…

Генерал и Дмитрий Сергеевич зашли именно в седьмую палату. Это было ужасно! Лидочка ясно понимала что боится Генерала, а вредная бабка Семушкина лежала именно в седьмой. Набрав в легкие воздуха, Лидочка сделала шаг…

Генерал скалой возвышался над самой тихой и милой пациенткой отделения за всю его историю. Тетя Наташа лежала под одеялом, спрятавшись по самые глаза, и с испугом смотрела на человека-гору. Стены вновь завибрировали…

— Это что такое?! Что значит, почки?! Я не разрешал! Разлеглась она тут! Откуда почки? Чего почки? Ты что, алкашня?! Отставить почки! Неделя тебе! Через неделю на учения за Урал! Ясно?! Выполнять!!!

Миниатюрная тетя Наташа шептала оправдания, бледный Дмитрий Сергеевич что-то лепетал про возраст и камни, но Генерал никого не слушал, развернулся и чугунными шагами вышел из седьмой палаты…

«Вот козззел!» — пробормотала Лидочка, и бросилась к плачущей тете Наташе успокаивать ее. Дмитрий Сергеевич проверил систему Семушкиной, пробормотал что-то и вышел.

— Он у меня хороший,— хлюпала носом тетя Наташа. — Строгий только. Ну, это же хорошо, он же военный. А я чего? Я выздоровею… Мне ж куда? Нам же за Урал… Там учения… А тут я… Выздоровею, куда мне? С китайцами учения, кимерсены там всякие, а тут я с камнями, дура старая… Ты, Лидочка, беги, тебе ж ещё биксы забирать, а я тут… Лечиться буду… За Урал же… Там кимерсены…

Лидочка бежала по цоколю с тремя тяжеленными биксами в руках, когда ее окликнул знакомый голос… Генерал сидел на старой кушетке в полутемном тупике коридора…

— Дочка, ты сгоняй на улицу, там волга черная, ты уж скажи водителю, чтоб езжал, а я вроде как сам… А то у вас тут телефон не ловит. А я коробки твои посторожу, ага…

Лидочка подошла ближе. Генерала было не узнать… Будто отлитое из бетона лицо сейчас расползлось, обмякло, глаза опухли и покраснели. Из-за поникших плечей Генерал уже не казался огромным, голос уже не сотрясал стены, стал каким-то шелестящим, сиплым…

Лидочка оторопела.

— А Вы чего тут? Плачете?

— Я?! Я не плачу! По уставу не положено. закашлялся, ага… Это Туська моя чего-то… Болеет Туська, ага… А я чего могу? Ничего не могу. Я ей вот приказал, ага, раньше помогало… Послушная Туська моя… Выздоровеет. Должна, ага… А то как же?..

— Китайцы?

— Тут не до китайцев, дочка… Ты беги, волгу найди, а то снова кашель подступает…

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

— Тут не до китайцев, дочка… Ты беги…