За окном моросил дождь. Вера Николаевна тревожно всматривалась в ночную темень.

За окном моросил дождь. Вера Николаевна тревожно всматривалась в ночную темень. Ждала, что вот-вот ее рассечет свет фар, появится машина старшего сына и она услышит давно ожидаемое известие. Сердце замирало маленьким клубочком, как испуганная птичка. Ждала сына и одновременно боялась услышать не то, на что надеялась.

А дождь все шел. Еще и свет выключили. Печально колыхался тоненький огонек свечи, бросая на стены тени от ее одинокой фигуры. И надо же было такому случиться ? Еще позавчера Олег, ее младший сын, был веселый и здоровый. А вчера «скорая» умчала его в районную больницу с сердечным приступом.

Вера Николаевна вздохнула. С ним, самым маленьким, было у нее больше всех хлопот. Старшие выучились, давно уже завели свои семьи. А Олег никак не мог найти места в жизни. Может, все началось с тех пор, как ушел в армию. Аленка, соседская девушка, обещала его ждать, и Вера Николаевна уже мысленно называла ее невесткой. Но не случилось. Олег еще и года не прослужил, как девушка вышла замуж. От сына шли коротенькие сухие письма, будто она, мама, была в чем-то виновата. После армии Олег домой не вернулся. Прислал Вере Николаевне только поздравительную открытку с днем рождения и сообщение, что едет гостить к другу в Питер. А, если найдет работу, то там и останется.

Вера Николаевна обиделась. Как же это так? Что даже домой не заехал?

Сын из Питера писал редко, и в одном из писем, будто между прочим, сообщил, что собирается жениться. Она опять не понимала его: как так, без родительского благословения? Олег приехал совсем не тогда, когда его ждали. Приехал на похороны отца. Никто не ждал такой беды. «Сердце … » – развели бессильно руками врачи.

У Веры Николаевны от этого упоминания затекает все тело. «Только бы с Олегом было все хорошо», – хватается за ниточку надежды мысль. А тогда, в этот черный день, пыталась совестить сына. Почему так долго не ехал, почему и сейчас – один, без невестки, которой она в глаза не видела, а отец уже и не увидит.

– Ей нельзя ехать в такую даль, мама. Таня ждет ребенка. Вот родится малыш, тогда и приедем все.

Уже и не сердилась.

– Хорошая она, твоя Таня? Добрая? – расспрашивала сына, который даже фотографии жены не привез.

– Очень хорошая. И добрая. Тебе Таня понравится, мама…

Но через пять месяцев Олег снова приехал один. Черный какой-то, на себя не похож. Вера Николаевна бросилась к сыну: что случилось? Где Таня, где малыш?

– Нет больше Тани, мама. Нет…

Уже позже узнала , что Таня, ее невестка, была сиротой. Воспитывала сама двух девочек-близнецов. Работала учительницей младших классов. В школе, где бригада перекрывала крышу, ее и встретил Олег. Почему не написал матери об этом раньше? Не рассказал, когда приезжал на похороны отца? Не хотел ее в очередной раз тревожить. Таня действительно ждала ребенка, но врачи запретили ей рожать – больные почки. Она не послушала никого. Хотела подарить Олегу, который так любил ее девочек, сына. Но все обернулось трагедией. Так быстро, что он даже не успел нарадоваться сообщению молоденькой медсестры: «У вас сын». За минуту все засуетились, забегали, его Таню перевезли в реанимацию. А еще через мгновение услышал страшные слова: «Отказали почки». Не верил в то, что произошло. Не хотел смотреть на белый сверток, в котором лежал его сын. Крохотное существо, которое стало причиной смерти той, которую он очень любил.

Бросил все: маленького Ваню еще в больнице, попросил соседку присмотреть за девочками, а сам приехал домой. Вера Николаевна успокаивала сына. Ничего, вот соберутся они и поедут, заберут Ивана. Она сама еще вырастит внука. Но слова мало помогали. Олег ходил грустный, задумчивый. Будто хотел еще что-то сказать, а не решался. Как-то начал собирать вещи.

– Ты куда, сын?

– Поеду в Питер, мама. Ваню уже должны выписать из больницы. И…

Неестественная бледность заливала его лицо. Прямо на глазах у Веры Николаевны оседал на землю. Она позвала соседей. Кто-то побежал за фельдшером в медпункт. Оттуда вызвали «скорую». В районе врачи бросили одно, такое горькое слово: сердце. У нее болезненно сжалось – вспомнила недавнюю смерть мужа.

Ее отправили домой. У Олега остался старший сын. Обещал сегодня приехать. Где же он так долго? На дворе уже давно ночь, а Виктора все нет. Только тени на стене составляют ей компанию. Нет, кажется, сквозь дождь слышно, как гудит машина. Выбежала на улицу, навстречу слабенькому свету, прорезывавшему тьму. Это действительно был Виктор.

– Не волнуйтесь, мама. С Олегом все будет хорошо. Самое страшное – позади. Месяц-два полечится и вернется домой.

На следующий день посетила сына. Вроде уже повесел Олег, а в глазах все равно тревога.

– Ваня там, в больнице, мама. И девочки у соседки.

Как же она раньше не поняла сына? Того, чего он так долго не решался сказать? Не только про внука, но и Таниных дочерей.

– Я поеду туда, заберу их всех.

Потеплели синие-синие глаза Олегу.

— А справимся, мама?

— Справимся, не переживай, сынок, — сказала и почувствовала, как на душе стало легко-легко.

Она ехала и боялась. Что скажет близняшкам, как встретят ее девочки? А получилось все очень просто.

– Вы Вера Николаевна? – переспросила женщина, на которую Олег оставил девочек. – Заходите, они знают о вас. Олег рассказывал, что у них есть бабушка.

Две пары синих-синих глаз, почти таких, как у ее сына, смотрели испуганно и недоверчиво. Боялась дышать, сказать что-то не так.

– Собирайтесь, поедем к папе, – только и произнесла.

Теплые детские руки обняли ее за шею.

– Теперь все будет хорошо. Не плачьте, мои маленькие, — вытирала слезы, катившиеся по детским личикам – и плакала сама.

В небольшом селе живут они все: бабушка Вера Николаевна, папа Олег, дочери Маруся и Мила, сын Ваня. Он еще совсем мал. А вот девочки – надежные бабушкины помощницы. И братишку нянчат, корову пасут, в доме убирают.

Я побывала в этой необычной, усеянной тихой, такой зримой любовью, семье этим летом. Пахла детством свежескошенная трава. Вера Николаевна пересыпала сахаром на зиму малину. Девочки вернулись из леса – ходили по землянику.

– Бабушка, – бежали наперегонки, – это тебе!

Над букетами земляники, красневшие спелыми ягодами, — улыбающиеся личики. В глазах просинь летнего неба – теплая, искренняя. Вера Николаевна прижимала к себе маленького Ванечку. Где-то за лесом уже накрапывал дождь. А прямо над их домом висела радуга. Цвета в ней были светлые, веселые.

Источник

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

За окном моросил дождь. Вера Николаевна тревожно всматривалась в ночную темень.